ОБОБЩЕНИЕ судебной практики Арбитражного суда Калининградской области по рассмотрению заявлений о признании и приведении в исп

Настоящее обобщение подготовлено в соответствии с планом работы Арбитражного суда Калининградской области на первое полугодие 2009 г.
     Практика рассмотрения заявлений о признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений показывает, что, несмотря на имеющуюся теоретическую базу, международно-правовую основу сотрудничества государств в этой области, а также наличие достаточно детализированного национального законодательства, механизмы признания и приведения в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений работают недостаточно эффективно.
     В 2005 г. в Арбитражный суд Калининградской области поступило 3 заявления о признании и приведении в исполнение решения иностранного суда, по одному из которых было вынесено определение о признании и приведении в исполнение решения иностранного суда. В 2006 г. поступило 5 заявлений, по трем из них были вынесены определения о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов.
     В 2007 г. поступило 3 заявления, из которых одно возвращено заявителю в связи с неустранением обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения, в срок, установленный в определении суда. По другому в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда было отказано. По третьему заявлению было вынесено определение о признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.
     В 2008 г. поступило 5 заявлений, из которых одно возвращено заявителю. По одному заявлению было вынесено определение о признании и приведении в исполнение решения иностранного суда. По остальным заявлениям в признании и приведении в исполнение решений иностранных судов отказано. За 2 месяца 2009 г. поступило 4 заявления, одно из которых возвращено заявителю.
     Одним из наиболее распространенных на практике оснований для отказа в признании и приведении в исполнение решений иностранных судов и иностранных арбитражных решений является ненадлежащее извещение о времени и месте рассмотрения дела. В различных формулировках данное основание закреплено в п.п. 2 п.1 ст.244 АПК РФ(1), п.1 ст.36 Закона РФ от 07.07.1993 N 5338-1 «О международном коммерческом арбитраже»(2) (далее Закон о международном коммерческом арбитраже), п.п. «b» Конвенции ООН о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений (заключена в г. Нью-Йорке 10.06.1958)(3), п. «г» ст.9 Соглашения о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности (заключено в г. Киеве 20.03.1992, далее - Соглашение 1992 г.)(4). Такого рода основание установлено п 2 ч.2 ст.239 АПК РФ в качестве основания для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. В теории международного частного права и международного гражданского процесса данное основание для отказа в признании и приведении в исполнения иностранных судебных и арбитражных решений недостаточно разработано. Учеными обращается внимание лишь на то, что понятия «своевременность» и «надлежащая форма извещения» содержатся в Гаагской конвенции от 15 ноября 1965 года «О вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским или торговым делам»(5) (далее - Гаагская конвенция 1965 г.), участником которой является Россия. В ней сказано, что по общему правилу документ должен быть вручен способом, предписанным законодательством запрашиваемого государства(6).
_________________________
(1) Собрание законодательства РФ, 29.07.2002, N 30, ст. 3012.(2) Ведомости СНД и ВС РФ, 12.08.1993, N 32, ст. 1240.(3) Ведомости ВС СССР. 23 ноября 1960 г. N 46. Ст. 421.(4) Вестник ВАС РФ, N 1, 1992(5) Собрание законодательства РФ. 13 декабря 2004 г. N 50. Ст. 4951.(6) Зайцев Р.В. Признание и приведение в исполнение в России иностранных судебных актов / под ред. В.В. Яркова. М., 2007.

     Имеющаяся судебная практика дает богатый материал для анализа и обобщения случаев применения данного основания. Так, при рассмотрении дела по заявлению иностранного предприятия (коммандитное товарищество П. Крюкен ГмбХ и Ко. КГ - далее Товарищество) о признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения (дело № А21-8346/2007) вывод о том, что письма о назначении арбитра и назначении арбитражного разбирательства ответчиком (ООО «Автодор-Агро») получены не были, сделан Арбитражным судом Калининградской области (далее - Суд), по следующим причинам.

В качестве доказательства получения писем ООО «Автодор-Агро» арбитры международного коммерческого арбитража FOSFA (Лондон, Великобритания) приняли уведомления отделения почтовой связи города Калининграда, из которых следовало, что сообщения Международной федерации ассоциаций по торговле маслами, маслосеменами и жирами (далее - Федерация) были направлены по адресу: Российская Федерация, г. Калининград улица Магнитогорская, 4, ул. Транспортный тупик, 10 и  получены лицом по фамилии «Павловичев».
     Из представленных ответчиком документов следует, что сотрудника по фамилии Павловичев в обществе не было, доверенности на совершение каких-либо действий, в том числе на получение почтовой корреспонденции, ООО «Автотор-Агро» Павловичеву не выдавались, по какому из двух указанных в почтовых отправлениях адресов вручались письма, не ясно.  В соответствии с выписками из лицевого счета застрахованного в системе государственного пенсионного страхования лица видно, что В.И.Павловичев являлся сотрудником ЗАО «Автотор», а затем ООО «Автотор-Терминал».  Что касается направления писем посредством факсимильной связи, суд отметил, что данные факсы направлялись по телефону 59-00-66, тогда как данный телефонный номер согласно справки ЗАО «Рамсатком» от 23 июня 2008 года № 077-ЮМ является собственностью ЗАО «Рамсатком»  и передан в пользование ЗАО «Автотор».
     Как указывается в арбитражном решении № 3972, о признании и исполнении которого ходатайствует заявитель (далее - Арбитражное решение), общество 09 февраля 2006 года написало Федерации и истцу о том, что, во-первых, оно не признает компетенции  FOSFA в этом споре, и, во-вторых, оно считает, что в отношении существа иска у него есть полная защита согласно положению Контракта «Обстоятельства непреодолимой силы».
     16 февраля 2006 года в отдельном сообщении Федерация ответила на письмо общества, указав, что оба арбитра теперь будут решать на основе соответствующих заявлений и документов обеих сторон, имеют ли они юрисдикцию по данному разногласию.
     09 марта 2006 года иностранная компания представила в Федерацию свое исковое заявление и документы с дополнениями от 10 марта 2006 года (пункт 5.1 Арбитражного решения).
     В пункте 5.3 Арбитражного решения указано, что Продавец (общество) не ответил на требования суда представить отзыв на иск и документы покупателя (иностранной компании) от 09 марта 2006 года и его дальнейшие аргументы, изложенные в письме от 10 марта 2006. В связи с чем арбитры  посчитали письма общества от 20 декабря 2005 года и 09 февраля 2006 года отзывом на иск и документами общества для целей арбитражного разбирательства.
     В материалах дела нет доказательств уведомления общества о поданном 09 марта 2006 года иске с дополнениями от 10 марта 2006 года, а также о назначении судебного разбирательства по спору.
     Исходя из этого, Судом сделан вывод о том, что ООО «Автотор-Агро» не было должным образом извещено ни о назначении Федерацией арбитров, ни о поданном иске, ни о дате судебного разбирательства, в связи с чем было лишено возможности представить свои доводы и доказательства по делу, защитить свои права и интересы. На основании этого Судом было отказано в удовлетворении заявления.
     При рассмотрении кассационной жалобы по данному делу ФАС СЗО было отмечено, что высказанные в ходе выступления в судебном заседании кассационной инстанции представителями Товарищества сомнения в добросовестности поведения Общества, отрицающего факт получения уведомления о назначении арбитра и оспаривающего компетенцию международного коммерческого арбитражного суда в Лондоне по рассмотрению возникшего спора, не могут быть признаны достаточными для удовлетворения кассационной жалобы (постановление ФАС СЗО от 02.12.2008 по делу N А21-8346/2007).
     При рассмотрении заявления Республиканского транспортно-экспедиционного унитарного предприятия «БЕЛИНТЕРТРАНС» (государственное предприятие) о приведении в исполнение решения Международного арбитражного суда при ТПП Республики Беларусь (далее МАС) (дело № А21-8497/2008) Суд установил, что при рассмотрении дела в международном суде в г. Минске российский ответчик (ООО «Транс-Европа-Информ») не присутствовал. Извещение ответчика о судебном процессе осуществлялось путем почтового уведомления по адресу, указанному в договоре транспортной экспедиции №119 от 02.03.06. В качестве доказательства надлежащего извещения должника о судебном разбирательстве иностранный суд принял уведомления отделения почтовой связи г. Калининграда, из которых следовало, что извещения о принятии дела к производству международным судом, о дне судебного заседания и о направлении судебного решения были направлены российской стороне по адресу: Российская Федерация, г.Калининград, улица Железнодорожная, 4.
     Так, уведомление о принятии дела к производству, направлении копии искового заявления с приложенными материалами, с предложением представить в 30-дневный срок свои возражения было вручено органом почтовой связи 06.12.07 гр-ну Жейко, уведомление о назначении судебного заседания на 18.02.08 вручено органом почтовой связи 22.01.08 гр-ке Шаманской, уведомление о направлении судебного решения вручено органом почтовой связи 16.09.08 гр-ну Савченко.
     Представитель ответчика отрицал факт нахождения в штате Общества таких работников, как гр-не Жейко и Савченко. Работник Шаманская состояла в должности секретаря-референта, однако могла не передать уведомление, так как в указанный период времени здание по ул.Железнодорожной, 4 находилось под арестом и фактически ООО «ТрансЕвропа-Информ» не принадлежало.
     Доводы ответчика были подтверждены судебными решениями Арбитражного суда Калининградской области по делу А21-7849/2007 от 31.01.08, А21-2830/2008 от 19.06.2008, из которых следует, что помещения по ул.Железнодорожная, 4 в г.Калининграде с 23.11.07 находились под арестом на основании обеспечительных мер, наложенных судом, а с 31.01.08 право собственности на помещения по решению суда признано за Импайер-IУ».
     Судом было установлено, что согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «ТрансЕвропа-Информ» зарегистрировано по адресу: г.Калининград, ул.Киевская, 1. Именно этот адрес является юридическим адресом Общества.

Исходя из изложенных обстоятельств, Суд пришел к выводу о том, что сторона не была надлежащим образом извещена о судебном процессе за рубежом и была лишена возможности защитить свои права и интересы. Это явилось основанием для отказа в удовлетворении заявления.
     ФАС СЗО, при рассмотрении кассационной жалобы по данному делу, учел то, что в материалах дела не имеется доказательств, свидетельствующих об извещении надлежащим образом Общества о принятии дела к производству МАС и формировании состава МАС, получения Обществом копии искового заявления Предприятия. В связи с этим сделан вывод о том, что суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления Предприятия о признании и приведении в исполнение решения МАС от 05.09.2008 по делу № 712/66-07 (постановление ФАС СЗО от 13.03.2009 по делу N А21-8497/2008).
     В процессе рассмотрении заявления ООО «Мюльхан» (Польша) о признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения (дело № А21-3049/2006) Суд установил, что при рассмотрении дела в суде в г.Гамбурге российский ответчик (ОАО ПСЗ «Янтарь») не присутствовал. Извещения об арбитраже и о последующих процессуальных шагах направлялись в адрес ОАО ПСЗ «Янтарь» обычной почтой, о чем заявителем представлены доказательства - соответствующие почтовые квитанции. Надлежащих доказательств фактического вручения ОАО ПСЗ «Янтарь» извещений о начале процесса не представлено. Представленный дубликат квитанции с оттиском штемпеля московского почтового отделения не признан надлежащим доказательством в силу ст.67 АПК РФ.
     Кроме этого, судом было установлено, что Солоненко Л.В., чья подпись исполнена на квитанции о вручении извещения, согласно представленным ОАО ПСЗ «Янтарь» сведениям с 30.05.05 в должности заведующей канцелярией не работает. Исходя из этих обстоятельств, Суд пришел к выводу о том, что в данном случае ОАО ПСЗ «Янтарь» не имело возможности узнать о месте и дне судебного разбирательства и принять в нем участие. На основании этого определением суда в удовлетворении заявления было отказано. Данное определение не обжаловалось.
     В деле № А21-1267/2007 по заявлению ЗАО «Агроконцерн» (Литва) о признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения Суд установил, что в ходе рассмотрения дела в международном суде в г.Вильнюс российский ответчик (ООО «Автодор-Агро») не присутствовал. Извещение о судебном процессе осуществлялось путем почтового уведомления по юридическому адресу. В качестве доказательств надлежащего извещения должника о судебном разбирательстве иностранный суд принял уведомление почтовой связи г.Калининграда, из которого следовало, что извещение о дне судебного заседания российской стороне было направлено по адресу: Российская Федерация, г.Калининград, ул.Магнитогорская, 4.
     Между тем, Судом установлено, что фактический адрес Общества иной, а именно - Российская Федерация, г.Калининград, ул.Транспортный тупик, 10. По этому адресу Общество получает почтовую корреспонденцию. Из переписки сторон видно, что заявитель знал о фактическом адресе ответчика, так как данный адрес содержится на фирменном бланке общества.
     Кроме этого, Судом было обращено внимание на то, что сотрудника с начальными буквами фамилии «Павл…» в обществе не было, что, по мнению суда, ставит под сомнение получение представителем  Общества уведомления о судебном разбирательстве в иностранном суде, на чем настаивает заявитель. Исходя из этого, суд пришел к выводу о том, что сторона не была надлежащим образом извещена о судебном процессе за рубежом и была лишена возможности защитить свои права и интересы, в связи с чем судом было отказано в признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения.
     Определение суда было обжаловано заявителем в суд кассационной инстанции. Одним из оснований кассационной жалобы было то, что извещение ответчика по адресу: Российская Федерация, г.Калининград, ул.Магнитогорская, 4 является единственно правильным и надлежащим, по следующим причинам:
     -  согласно ст.316 ГК РФ исполнение обязательства должно быть произведено в месте жительства должника, а если должником является юридическое лицо - в месте его нахождения;
     - согласно п.2 ст.4 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» место нахождения общества определяется местом его государственной регистрации;
     - ул.Магнитогорская, 4 - юридический адрес ответчика, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ и не оспаривалось ответчиком в ходе судебного разбирательства;
     - об изменении данного адреса ответчик не заявлял в ФНС России в установленном порядке;
     - данный адрес являлся юридическим адресом как на момент рассмотрения дела в коммерческом арбитраже, так и на момент рассмотрения заявления о легализации Решения коммерческого арбитража;
     - данный адрес указан в Договоре в качестве условия о месте нахождения ответчика. Договор в этой части не изменялся.

Заявителем был обжалован и довод ответчика  об отсутствии у него сотрудника с начальными буквами фамилии «Павл…» в связи с тем, что в качестве подтверждения этого  довода была представлена справка произвольной формы, подписанная должностным лицом ответчика. Заявитель указал и на то, что согласно Почтовым правилам, принятым Советом глав Администраций связи Регионального содружества в области связи 22.04.1992, заказные письма с уведомлением могут быть вручены исключительно адресату или его представителю. В связи с этим, по мнению заявителя, работник почты, вручая письмо, убедился в правильности адресата. Почтовое уведомление является бланком строгой отчетности и доказательством по делу. При этом оснований полагать, что работник почты ненадлежащим образом исполнил свои обязанности, вручив письмо не адресату, а какому-либо другому лицу, по мнению заявителя, не имеется.
     Однако ФАС СЗО не согласился с доводами заявителя (постановление от 12.09.07 по делу № А21-1267/2007) и указал, что, как явствует из материалов дела, фактическим адресом ответчика, по которому организация получает почтовую корреспонденцию, является: г.Калининград, ул.Транспортный тупик, 10. Данное обстоятельство подтверждается справкой, подписанной секретарем-референтом, а также перепиской сторон, из которой видно, что  заявителю был известен фактический адрес ответчика. Суд кассационной инстанции обратил внимание также на то, что из представленной в дело выписки из лицевого счета застрахованного в системе государственного пенсионного страхования лица видно, что лицо, получившее извещение об арбитражном разбирательстве (Павловичев В.И.), в трудовых отношениях с ООО «Автотор-Агро» не состоит. Таким образом, судом кассационной инстанции был сделан вывод о том, что ответчик не был надлежащим образом извещен о времени и месте арбитражного разбирательства, что лишило его возможности присутствовать на нем и представлять возражения против предъявленных к нему требований.
     Рассмотрев обоснованность заявления иностранного предприятия о пересмотре в порядке надзора определения Арбитражного суда Калининградской области и постановления Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа по данному делу, ВАС РФ сделал вывод о том, что суды, оценив доказательства, представленные сторонами, пришли к выводу об отсутствии достаточных доказательств надлежащего извещения общества о времени и месте рассмотрении дела Вильнюсским коммерческим арбитражным судом, что явилось основанием для отказа иностранному предприятию в признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения. В связи с этим в передаче в Президиум ВАС РФ дела для пересмотра в порядке надзора определения Арбитражного суда Калининградской области и постановления ФАС СЗО было отказано (Определение ВАС РФ от 01.04.2008 N 15302/07 по делу N А21-1267/2007).
     Одним из примеров ненадлежащего извещения по рассматриваемой категории дел является дело N А21-ЮП/03-С2, выводы ВАС РФ по которому попали в Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 96(7). Польский предприниматель обратился в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании решения окружного суда в Ольштыне, которым с закрытого акционерного общества в его пользу взыскано 20720 долларов США и процентов, и о приведении в исполнение этого решения на территории Российской Федерации. Определением Суда от 15.10.2003 заявленные требования удовлетворены.
_________________________
(7) Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 22.12.2005 N 96 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов» // Вестник ВАС РФ, 2006, N 3.

     Удовлетворяя заявление, Суд сослался на то, что Общество было надлежащим образом уведомлено о времени и месте судебного разбирательства, состоявшегося в Окружном суде в Ольштыне. В обоснование этого вывода Суд указал на подтверждение польского почтового уведомления, из которого следует, что уведомление суда было направлено фирме по адресу: Калининград, площадь Мира, 9/11. Кроме того, Суд сослался на отсутствие доказательств уведомления взыскателя об изменении адреса фирмы, указанного в контрактах 18/92 и 18/94, заключенных сторонами (Калининград, проспект Мира, 9/11).
     При этом Судом было принято во внимание, что в г.Калининграде нет площади Мира, тогда как имеется проспект Мира. Таким образом, почтовое уведомление не могло быть вручено по какому-либо иному адресу, кроме проспекта Мира, 9/11.
     Определение Суда было обжаловано Обществом в суд кассационной инстанции, который не согласился с выводами суда первой инстанции. При этом ФАС СЗО отметил, что очевидное несовпадение адреса, указанного в контрактах и в почтовом уведомлении, не получило надлежащей оценки суда. Доказательств того, что фирма находилась по адресу: Калининград, площадь Мира, 9/11, в момент вручения почтового отправления, в материалах дела нет. Кроме того, суд не исследовал вопрос, пользовалась ли фирма помещением по адресу, указанному в контрактах, в момент поступления в Калининград уведомления польского суда.
     При новом рассмотрении дела Суд установил, что в контрактах, заключенных между заявителем и должником, указывался следующий адрес должника: Российская Федерация, г. Калининград, проспект Мира, 9/11. Судом было, далее, учтено, что в иностранном судебном решении не содержалось доказательств того, что должник, в момент направления окружным судом в городе Ольштыне повестки о вызове его в суд, находился по другому адресу: Российская Федерация, г. Калининград, площадь Мира, 9/11. Суд принял во внимание и то, что заявителем доказательств фактического вручения должнику извещения также не представлено.
     Исходя из этих обстоятельств, Суд пришел к выводу о том, что в данном случае должник не имел возможности узнать о месте и дне судебного разбирательства и принять в нем участие. На основании статьи 53 Договора в признании и приведении в исполнение иностранного судебного решения было отказано.
     При проверке надлежащего извещения ответчика по рассматриваемой категории дел судами зачастую делаются выводы о том, что порядок извещения, не соответствует особому порядку, предусмотренному Гаагской конвенцией 1965 г. и двусторонним договорам с участием Российской Федерации.
     Делаются выводы и о том, что сами решения коммерческих арбитражных судов не соответствуют требованиям, предъявляемым ст.255 АПК РФ к документам иностранного происхождения, поскольку на имеющихся на них нотариальных актах отсутствует апостиль. Данные выводы признаются ошибочными кассационной инстанцией.
     Так, например, ФАС СЗО в Постановлении от 12.09.2007 по делу NА21-1267/2007 было отмечено, что кассационная инстанция не может согласиться с выводом суда о том, что извещение о разбирательстве в Вильнюсском коммерческом арбитражном суде могло быть передано заявителем только в порядке, предусмотренном Конвенцией о вручении за границей судебных и внесудебных документов по гражданским и торговым делам от 15.11.1965 и Договором между Российской Федерацией и Литовской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 21.07.1992, поскольку данные международные соглашения регулируют порядок направления или передачи документов, исходящих от судебных и внесудебных государственных органов договаривающихся сторон, тогда как в рассматриваемом случае документ (извещение об арбитражном разбирательстве) направлялся международным коммерческим арбитражным судом, то есть организацией, не являющейся государственным органом.
     Кроме того, по мнению ФАС СЗО, суд необоснованно указал, что решение Вильнюсского коммерческого арбитражного суда не соответствует требованиям, предъявляемым статьей 255 Арбитражного кодекса Российской Федерации к документам иностранного происхождения, поскольку на имеющемся на нем нотариальном акте отсутствует апостиль.
     Из материалов дела видно, что решение Вильнюсского коммерческого арбитражного суда представлено в подлиннике, на русском языке, какой-либо нотариальный акт на нем отсутствует.
     Решение международного коммерческого арбитража не подлежит консульской легализации, поскольку согласно статье 55 Консульского устава СССР консул легализует документы и акты, составленные при участии властей консульского округа или исходящие от этих властей.
     Кассационной инстанцией было указано, что для удостоверения подлинности решения международного коммерческого арбитража, качества, в котором выступали лица, его подписавшие, подлинности печати или штампа, которыми он скреплен, не требуется также и проставления апостиля в соответствии с Гаагской конвенцией, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов, от 05.10.1961, поскольку положения данной Конвенции применяются только к официальным документам, какими решения международных коммерческих арбитражей по смыслу Конвенции не являются.
     Таким образом, следует признать, что решение Вильнюсского коммерческого арбитражного суда было представлено в надлежащей форме.
     Судебная практика показывает, что при рассмотрении заявлений о признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений возвращение уведомлений с отметкой об отсутствии адресата, при отсутствии у суда информации о нахождении ответчика по иному адресу, рассматривается как надлежащее извещение ответчика. Так при рассмотрении заявления АО «Летувос гяляжинкаляй» (Литва) (дело № А21-5746/2007) Суд установил, что из текста решения Вильнюсского окружного суда следует, что ответчик неоднократно извещался о времени и месте судебного разбирательства по адресам: г.Калининград, ул. Портовая, 24 и ул.Сергеева, 2, однако почтовые уведомления возвращались с отметкой об отсутствии адресата.
     Судом сделан вывод об отсутствии оснований усомниться в данных сведениях, поскольку определение Суда также вернулось с отметкой почты об отсутствии адресата по адресу г.Калининград, ул.Портовая, 24. Между тем выписка из ЕГРЮЛ подтверждает регистрацию общества по указанному адресу. Телеграммы, направленные судом по адресам: ул.Сергеева, 2 и ул.Глазунова, 1-2 (место жительства руководителя), также адресатам вручены не были. Судом сделан вывод, что как следует из материалов дела, ответчик знал о заявленных к нему требованиях после вручения иска и приложенных к нему документов (подтверждение о вручении документа от 26.02.04), однако отзыва суду не представил, сумму требований не оспорил. Исходя из этого и учитывая иные обстоятельства дела, суд удовлетворил заявление. Определение суда обжаловано не было.
     Следующее по распространенности основание для отказа в признании и приведении в исполнение иностранного судебного решения - это его противоречие публичному порядку Российской Федерации. Данное основание закреплено в пункте 7 части 1, части 2 статьи 244 АПК РФ, в подпункте 2 пункта 1 ст.36 Закона о международном коммерческом арбитраже, в подпункте «b» пункта 2 статьи  V Конвенции 1958 года.
     Следует заметить, что ст.9 Соглашения 1992 г. такого основания не предусматривает.
     Учитывая оценочный характер данного основания и большую свободу усмотрения суда в его применении, его анализ представляет особый практический интерес.
     Практика показывает, что на противоречие публичному порядку иностранного судебного или арбитражного решения зачастую указывают сами ответчики в обоснование своих возражений.
     Так по делу А21-8346/2007 в своем отзыве общество указало на нарушение решением арбитража публичного порядка Российской Федерации, поскольку взысканная арбитражем сумма ущерба в несколько раз превышает предел имущественной ответственности, добровольно установленной сторонами в контракте.
     При рассмотрении данного возражения ответчика Суд исходил из правовой позиции, сформулированной в пункте 29 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2005 № 96 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов, об оспаривании решений третейских судов и выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейских судов», и состоящей в том, что публичный порядок основан на принципах равенства сторон гражданско-правовых отношений, добросовестности их поведения, соразмерности мер гражданско-правовой ответственности последствиям правонарушения с учетом их вины.
     Судом было установлено, что пунктом 6.4 Контракта от 11 июля 2005 года № 110 предусмотрено, что за возникший доказанный ущерб ответственность несет виновная сторона в размере 2,5% от стоимости соответствующей партии товара. Арбитраж же счел, что с ответчика надлежит взыскать сумму ущерба вместе со сложными процентами 5% в год до выплаты по решению, а также сумму затрат, пошлины и расходов. Кроме того, арбитры определили сумму ущерба как разницу между рыночной стоимостью единицы поставляемого товара на момент вынесения решения и стоимостью этого товара по договору. Таким образом, фактически обществу присуждена к взысканию сумма ущерба, в несколько раз превышающая стоимость, указанную в пункте 6.4 Контракта, с учетом размера упущенной выгоды.
     По мнению Суда, принцип соразмерности, основополагающий для российского права, не допускает подобной компенсации. Кроме того, нарушен принцип свободы договора. Исполнение решения от 06 ноября 2006 года не должно противоречить правовому принципу возмещения имущественного ущерба в Российской Федерации, согласно которому не допускается применение мер карательного характера. Таким образом, противоречие публичному порядку Российской Федерации явилось одним из оснований для отказа в признании и приведении в исполнение решения иностранного арбитража.
     При рассмотрении кассационной жалобы ФАС СЗО указал на то, что суд первой инстанции пришел к выводу, что установленный арбитражным решением Международной федерации ассоциаций по торговле маслами, маслосеменами и жирами (далее - Федерация) размер ответственности значительно превышает размер договорной ответственности, в связи с чем исполнение такого решения противоречит публичному порядку Российской Федерации. Кассационная инстанция посчитала данный вывод правильным, особо отметив, что  устанавливая наличие или отсутствие оснований для отказа в признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения, суд был обязан исследовать вопрос, совместим ли договор, переданный на рассмотрение арбитража, с решением по нему, соблюден ли принцип соразмерности мер гражданско-правовой ответственности виновному правонарушению. По мнению суда кассационной инстанции, исследование этих вопросов не может быть расценено как проведение ревизии решения иностранного арбитражного суда, как утверждается в кассационной жалобе (постановление ФАС СЗО от 02.12.2008 по делу N А21-8346/2007).
     При рассмотрении другого заявления Судом был сделан вывод о том, что признание и исполнение решения иностранного суда, вынесенного в отношении ненадлежащего ответчика, противоречит публичному порядку Российской Федерации.
     По делу А21-3049/2006 судом было установлено, что 18.06.02 между ООО «Мюльхан» (Подрядчиком) и ООО «Бимс Плюс» (Владельцем) и ОАО ПСЗ «Янтарь» (Гарантом) был заключен контракт на работы по покраске судна в рамках заказа (далее - Контракт). 09.07.02 сторонами было подписано Дополнительное соглашение № 1 к Контракту, срок действия которого ограничен 31.12.02, причем от имени Гаранта данное соглашение подписано неустановленным лицом с неустановленными полномочиями за генерального директора и заместителя генерального директора, что позволяет считать его незаключенным для ОАО ПСЗ «Янтарь», а следовательно, не влекущим каких-либо прав и обязанностей.
     Анализируя представленный Контракт и Дополнительное соглашение к нему, суд пришел к выводу о том, что на ОАО ПСЗ «Янтарь» как Гаранта, Заявителем не возлагались какие-либо обязательства, следовательно ОАО ПСЗ «Янтарь» не мог являться ответчиком по изначальному делу. Исходя из этого, Судом сделан вывод о том, что вынесение решения против лица, которое a priori не могло быть ответчиком, является незаконным, а признание такого решения противоречит публичному порядку Российской Федерации.
     Одним из интересных примеров применения данного основания отказа в признании и исполнении решения коммерческого арбитража в практике Арбитражного суда Калининградской области является дело по рассмотрению заявления Компании "Дюк Инвестмент Лимитед" (Кипр)  о признании и приведении в исполнение решения международного коммерческого арбитража ad hoc (дело № А21-5758/2005). Арбитражное  разбирательство N UN3515 состоялось в Лондоне между компанией "Дюк Инвестмент Лимитед", Калининградской областью в лице администрации Калининградской области (далее - Калининградская область) и Региональным фондом развития Калининградской области.
     При рассмотрении заявления суд установил, что стороны в кредитном договоре от 18.11.1997, заключенном между Калининградской областью в лице администрации Калининградской области, Региональным фондом развития Калининградской области и Дрезднер Банком АГ (далее Договор), предусмотрели, что бюджет Калининградской области в целях обеспечения исполнения заемщиком его обязательств по Договору в каждом финансовом году, в котором будет иметь место дата выплаты процентов, будет содержать специальную статью расходов, предусматривающую выполнение заказчиком своих обязательств по погашению суммы процентов по Договору. Бюджет Калининградской области в год, в котором будет иметь место дата погашения, также будет содержать специальную статью расходов, предусматривающую выполнение заемщиком своих обязательств по погашению суммы кредита по Договору.
     На основе этого Судом сделан вывод о том, что стороны в Договоре предусмотрели обязательства стороны - Калининградской Областной Думы (которая ежегодно утверждает бюджет Калининградской области) о формировании бюджета субъекта Российской Федерации - Калининградской области в нарушение Федерального закона от 15.04.1993 № 4807-1 «Об основах бюджетных прав по формированию и использованию внебюджетных фондов представительных и исполнительных органов государственной власти республик в составе Российской Федерации…», действующего на момент заключения договора о предоставлении кредита.
     Такие положения Договора, по мнению Суда, являются недопустимыми и противоречащими, в том числе, Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г., в ст.6 которой предусмотрено, что каждый имеет право при определении его гражданских прав и обязанностей или при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявленного ему, на справедливое публичное разбирательство дела и разумный срок независимым и беспристрастным судом. Однако Калининградская областная Дума не была привлечена к рассмотрению дела, о признании и приведении в исполнении решения по которому просит заявитель.
     На основе этого Судом сделан вывод о том, что вынесенное коммерческим арбитражным судом решение нарушает не только публичный порядок Российской Федерации, но и общепризнанные международно-правовые нормы.
     Одним из достаточно распространенных оснований для отказа в признании и приведении в исполнения иностранного арбитражного решения является неподведомственность спора арбитражному суду, его рассмотревшему.
     В соответствии с подпунктом «с» п.1 ст. V Конвенции ООН о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1958 г. в признании и приведении в исполнение арбитражного решения может быть отказано по просьбе той Стороны, против которой оно направлено, только если эта Сторона представит компетентной власти по месту, где испрашивается признание и приведение в исполнение, доказательства того, что указанное решение вынесено по спору, не предусмотренному или не подпадающему под условия арбитражного соглашения или арбитражной оговорки в договоре, или содержит постановления по вопросам, выходящим за пределы арбитражного соглашения или арбитражной оговорки в договоре, с тем, однако, что если постановления по вопросам, охватываемым арбитражным соглашением или оговоркой, могут быть отделены от тех, которые не охватываются таким соглашением или оговоркой, то та часть арбитражного решения, которая содержит постановления по вопросам, охватываемым арбитражным соглашением или арбитражной оговоркой в договоре, может быть признана и приведена в исполнение
     Аналогичная норма продублирована и в абзаце 5 подпункта 1 п.1 ст.36 Закона о международном коммерческом арбитраже. В п. «в» ст.9 Соглашения 1992 г. данное основание сформулировано более лаконично: «спор в соответствии с настоящим Соглашением разрешен некомпетентным судом». Статья 244 АПК РФ такого основания для отказа не содержит.
     Отказывая по данному основанию в признании и приведении в исполнение решения иностранного арбитража по делу А21-3049/2006, Суд установил, что заявителем был представлен договор б/н от 24.01.05, заключенный между ООО «Мюльхан» и ОАО ПСЗ «Янтарь», согласно которому юридический спор должен быть разрешен Арбитражным судом. Судом были учтены положения Закона о международном коммерческом арбитраже, в соответствии с которым арбитражное соглашение - это соглашение сторон о передаче в арбитраж всех или определенных споров, которые возникли или могут возникнуть между ними в связи с каким-либо конкретным правоотношением, независимо от того, носило оно договорный характер или нет.
     При этом Суд обратил внимание на то, что указанный договор подписан не сторонами, а арбитрами Б.Бытомски и В.Улятовским без полномочий от ООО «Бимс Плюс» и ОАО ПСЗ «Янтарь». При таких обстоятельствах, по мнению Суда, нет оснований полагать, что договор заключен между ООО «Мюльхан» и ОАО ПСЗ «Янтарь», и что он несет какие-либо правовые последствия для указанных сторон.
     Одним из оснований для отказа в признании и приведении в исполнение решений иностранных судов и арбитражей является нарушение арбитражной процедуры или состава арбитражного суда.
     В соответствии с подпунктом «d» п.1 ст. V Конвенции ООН о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1958 г. в признании и приведении в исполнение арбитражного решения может быть отказано по просьбе той Стороны, против которой оно направлено, только если эта Сторона представит компетентной власти по месту, где испрашивается признание и приведение в исполнение, доказательства того, что состав арбитражного органа или арбитражный процесс не соответствовали соглашению Сторон или, при отсутствии такового, не соответствовали закону той страны, где имел место арбитраж.
     Такого рода норма содержится и в абзаце 6 подпункта 1 п.1 ст.36 Закона о международном коммерческом арбитраже. К данному основанию применимо и упомянутое выше положение п. «в» ст.9 Соглашения о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности («спор в соответствии с настоящим Соглашением разрешен некомпетентным судом»). Статья 244 АПК РФ такого основания для отказа не содержит.
     В ходе рассмотрения дела по заявлению Компании "Дюк Инвестмент Лимитед" (Кипр)  о признании и приведении в исполнение решения международного коммерческого арбитража ad hoc (дело № А21-5758/2005) Суд установил, что решение третейского суда, с заявлением о признании и приведении в исполнении которого обратился заявитель, принято некомпетентным судом. Данный вывод Суда был поддержан и судом кассационной инстанции (постановление ФАС СЗО от 03.05.2006 по делу N А21-5758/2005). При этом суды исходили из следующих фактических обстоятельств и правовых норм.
     В пункте 27.3 кредитного договора от 18.11.1997, заключенного между Калининградской областью в лице администрации Калининградской области, Региональным фондом развития Калининградской области и Дрезднер Банком АГ (далее Договор), стороны условились о передаче любого спора по указанному договору на рассмотрение и окончательное урегулирование в арбитраж ad hoc согласно Арбитражному регламенту ЮНСИТРАЛ. При этом сторонами был определен следующий порядок формирования состава арбитража: двое из трех арбитров, назначенных сторонами (по одному каждой), в свою очередь назначают третьего арбитра; в случае недостижения соглашения между двумя арбитрами, избранными сторонами, третий арбитр назначается Лондонским международным арбитражным судом.
     По соглашению об уступке Дрезднер банк АГ передал все свои права и обязанности по кредитному Договору компании "Дрезднер Клеинуорт Уоссерстейн Лимитед", которая в свою очередь передала их компании "Дюк Инвестмент Лимитед" также по соглашению об уступке.
     При формировании состава арбитража компания "Дюк Инвестмент Лимитед" назначила арбитром Дэвида Саттона. В уведомлении об арбитраже, врученном ответчикам 09.10.2003, истец просил Калининградскую область и Региональный фонд развития Калининградской области назначить арбитра в течение 30 дней со дня получения данного уведомления. Поскольку в указанный срок ответчики арбитра не назначили, компания "Дюк Инвестмент Лимитед" обратилась с просьбой к Лондонскому международному арбитражному суду назначить арбитра от имени ответчиков. В письме от 19.11.2003 Лондонский международный арбитражный суд напомнил ответчикам об их праве назначить арбитра и, не получив ответа на указанное письмо, самостоятельно назначил вторым арбитром Андрю Беркели. В качестве третьего арбитра (председательствующего) двое назначенных арбитров выбрали Сэра Энтони Эванса.
     Судами было обращено внимание на то, что в соответствии со статьей 7 Арбитражного регламента ЮНСИТРАЛ, о применении которого условились стороны в кредитном договоре от 18.11.1997, в случае, когда должны быть назначены три арбитра, каждая сторона назначает по одному арбитру. Назначенные таким образом два арбитра избирают третьего арбитра, который выступает в качестве арбитра - председателя арбитражного суда. Если в течение 30 дней после получения уведомления одной из сторон о назначении арбитра другая сторона не уведомила первую сторону о назначенном ею арбитре:
     a) первая сторона может просить компетентный орган, ранее согласованный сторонами, назначить второго арбитра; или
     b) если такой орган не был согласован сторонами ранее или если ранее согласованный компетентный орган отказывается действовать или не назначает арбитра в течение 30 дней после получения просьбы об этом одной из сторон, первая сторона может просить Генерального секретаря Постоянного третейского суда в Гааге назначить компетентный орган. Первая сторона может затем просить назначенный таким образом компетентный орган назначить второго арбитра. В любом случае компетентный орган вправе при назначении второго арбитра исходить из собственного усмотрения.
     На основе данных норм Арбитражного регламента ЮНСИТРАЛ Судами сделан вывод о том, что Лондонский международный арбитражный суд не имел права назначать второго арбитра, поскольку из содержания арбитражной оговорки следует, что стороны кредитного договора от 18.11.1997 согласовали компетентный орган только для назначения третьего арбитра на тот случай, если два избранных сторонами арбитра не договорятся о кандидатуре третьего. При таких обстоятельствах истец должен был обратиться к Генеральному секретарю Постоянного третейского суда в Гааге, который бы и определил компетентный орган, полномочный по просьбе истца назначить второго арбитра.
     Исходя из этого, кассационная инстанция отклонила доводы кассационной жалобы компании "Дюк Инвестмент Лимитед" о том, что суд первой инстанции пришел к неправильному выводу о нарушении порядка формирования состава арбитража.
     В Определении Суда по другому делу (А21-3049/2006) отмечено, что пунктами 13.2 и 13.3 Дополнительного соглашения к Контракту о выполнении работ, заключенному между сторонами, был определен порядок назначения арбитров для рассмотрения споров.
     Как следует из арбитражной оговорки, предусмотренной в ст.13 Дополнительного соглашения, по требованию одной из сторон, от имени которой назван адрес и профессия назначенного арбитра, так же как и предмет спора, другая сторона должна назначить своего арбитра в течении 20 дней, указав его имя, адрес и профессию. Если другая сторона не назвала своего арбитра в указанный период, то этот арбитр будет, по требованию стороны, указавшей своего арбитра, указан Президентом Торговой палаты в Гамбурге, Германия.
     По мнению Суда, из Дополнительного соглашения к Контракту следует, что его должны были подписать три стороны, следовательно, каждая сторона должна была назначить своего арбитра, иной порядок, по мнению Суда, противоречит нормам немецкого законодательства.
     В данном случае ООО «Мюльхан» назначила своего арбитра, второй арбитр был утвержден Третейским судом Торговой палаты г.Гамбурга на основании его расписки о беспристрастности. Со ссылкой на абз. 6 п.1 ч.1 ст.36 Закона о международном коммерческом арбитраже Суд указал, что основаниями для отказа в признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения является формирование состава арбитража без соблюдения процедуры, предусмотренной арбитражной оговоркой.
     Достаточно часто основанием для отказа в признании и приведении в исполнение иностранного судебного и арбитражного решения, в числе прочего, является несоблюдение процессуальных норм.
     Так при рассмотрении кассационной жалобы по делу N А21-1267/2007 ФАС СЗО сделан вывод о том, что в материалах дела отсутствуют содержащие арбитражную оговорку договоры от 29.03.2004 N 04/2903/1 и от 29.04.2004 N 04/2904/1. Согласно пункту 2 части 4 статьи 242 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к заявлению о признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения прилагается подлинное соглашение о третейском разбирательстве или его надлежащим образом заверенная копия. Аналогичное положение содержит также пункт "b" части 1 статьи IV Конвенции ООН о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений от 10.06.1958. В данном случае ЗАО "Агроконцернас" указанное требование не выполнено.
     По делу А21-9601/2008 Судом был сделан вывод о том, что в силу п.5 ст.242 АПК РФ к заявлению о признании и приведении в исполнение решения иностранного суда и иностранного арбитражного решения прилагается также документ, подтверждающий уплату государственной пошлины в порядке и в размере, которые установлены федеральным законом для уплаты государственной пошлины при подаче в арбитражный суд заявления о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда - 1000 рублей. В поступивших в суд материалах платежное поручение об оплате госпошлины отсутствовало.
     Проведенный анализ практики рассмотрения заявлений о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов и арбитражей (третейских судов) показал наличие целого ряда научных и практических проблем, попытки решения которых предпринимаются как учеными, так и юристами практиками, в том числе судьями и адвокатами. Статистика Арбитражного суда Калининградской области, в том числе и за 2009 г.,  свидетельствует об увеличении числа обращений с заявлениями о признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений. При этом в удовлетворении большинства заявлений Судом отказано по такому основанию, как ненадлежащее извещение о времени и месте рассмотрения дела иностранным судом или иностранным арбитражным, третейским судом.
     
     
     Судья                                                 И.Ю.Юшкарёв


Сервис временно не доступен